Читаем без скачивания Александр II и корова Ксюша. Книга вторая - Валерий Вычуб

Бакунин с Ткачёвым поняли, что попали в лапы беспощадному диктатору. Еще, пожалуй, и мировую революцию учудит, организует. Москва поглотила заговорщиков. Они пошли на конспиративную квартиру. След их пока затерялся. Но говно, как известно не тонет. Мы ещё встретимся с этими злодеями.

Лиза закружилась в вихре вальса. Сначала в Москве, в особняке графов Неубей-Семишкурных. Граф Неубей-Семишкурный был одним из лучших танцоров своего времени. Он слегка косолапил, слегка наступал на ногу, слегка путал танцы. Но был обаятелен и неутомим. Лиза танцевала превосходно. Граф дважды оттоптал ей ноги, но она вылечилась. Она танцевала всё лучше и лучше. И граф повёз её в Петербург. Скука, холод и гранит поразили Лизу. Если не танцевать, до чего скучный город. Она была представлена Государю Императору. Княжна Юрьевская ревновала Лизу. И не даром. Царь увлёкся. Государь стал обдумывать возможность женитьбы сразу на двух. Это при живой то жене. Всё равно ведь, где одна, там можно и две, ещё лучше три.

Церковь осудит Вас, Ваше Величество. – Шептала ему совесть.

Александр забросил государственные дела. Опять не принял конституцию. Реакция подняла голову, и поняла – пора! Царь опять собирался на охоту. Закружиться в вихре охотничьих приключений. В лапах нового, лучшего медведя найти решение своих проблем. Но не было рядом с царём его лучшего друга и советчика. Верный спецмедведь вкушал радости семейной жизни. В лесах Петербургской губернии видели СЕРГЕЯ НЕЧАЕВА. Ох, недаром он там появился. Что будет, что будет! Я выпадаю в осадок.

Дни поздней осени бранят обыкновенно. Но до неё ещё надо дожить. Август малиновым звоном звенел в ушах Игоря Викторовича. Он уже не раз отсидел в коровнике. Чёртово полнолуние. Бык Анатолий Леонович его пока не трогал. Даже пару раз и досада взяла, так ухаживал, можно подумать было, что это у него серьёзно. И вот, в коровник не ломится. Ходит себе гулять с другими коровами, наверное, завел себе другую. С Ксюшей у Игорюни всё шло так пылко, столько коитусов за ночь. Иногда его не хватало, но он хватал её в объятья и был в поединке отнюдь не коровой. Нет, могучим быком Игорь Викторович обихаживал свою законную и Ксюша покорной коровой льнула к своему Bos Linnaeus у (настоящему быку!!!). Какой ты у меня, Игорёша! Да, я такой.

Счастливые досуги счастливой четы! Они заслужили своё счастье. Сынок подрастал. Подрастал со скоростью человеку не свойственной, но вполне естественной для здорового хорошо кормленого козлёночка. Назвали Александром, в честь царя освободителя. Если б не Александр Николаевич маяться бы Арсеньеву в козьей шкуре. За два месяца козлёночек подрос так, что на все десять лет смотрелся. Наняли ему гувернантку, молодая француженка мадемуазель Annette полюбила юного обаятельного князя Коровинского. Игорь Викторович всерьёз занялся сельским хозяйством. Тётушки роптали, не барское это дело, на что управляющий? Но мерзавца управляющего Арсеньев выгнал.

Буду выводить новые более продуктивные породы коров. – Говорил соседям дворянам Арсеньев.

Дядю Гришу к ним и близко не подпущу. – Это уже он думал.

А горничная Марфуша расцветала на барских харчах, цвела и пахла. И так и намекала: Ну сорви. Ну сорви цветочек-то. А то лакею Пантелею дам, понюхать. Ну и что же ты такой барин. Нерешительный. Бывшая горничная Таня невестилась, работала всё по крестьянству, захаживала по старой памяти к барыне. Иногда барыня уходили рвать цветочки в лес. И БРАЛИ С СОБОЙ ТАНЮ. Игорь думал: Вот минута! Решись. Успеешь ведь. Но сын требовал внимания, но бык АНАТОЛИЙ ЛЕОНОВИЧ почему-то как раз в этот момент мычал на скотном дворе. И буря чувств, и возвращалась Ксюша, посвежевшая, пахнущая лесом и чем-то таким манящим. И ночью опять с законной женой. А где-то за двумя перегородками спала она. МАРФУША.

По именному указу Государя Императора за особые заслуги перед Их Царским Величеством княгиня Коровинская получила в приданое земли в Малороссии. Пока лето, ребёнку надо отдохнуть перед гимназией. Съездим на Украину. Посмотрим новое имение. Может быть, надо подумать о переселении в южные края. Подальше от местных девок. Они плохо действуют на моего Игорька. На новом месте он начнёт новую жизнь. Станет нравственным и будет по ночам крепче спать. АНАТОЛИЯ ЛЕОНОВИЧА возьму на всякий случай с собой. Так думала Ксюша. Человек предполагает, а судьба располагает. И такую гадость подсунет. Перед отъездом Ксюшенька сходила всё-таки к бабушке. Акулина Порфирьевна заметно сдала.

Это была моя последняя любовь. – Вспоминала она Императора. Теперь уже ничего кроме секса. Впереди только старость. Езжай спокойно, Ксюшка. Присмотрю за твоим кобельком.

Поутру Арсеньев провожал своих самых дорогих в дальний путь. Алексаша в полном восторге от предстоящего путешествия, обещал папе вести себя хорошо. Гувернантка обещала следить, чтоб мальчик не утонул в реке, не перегрелся на солнышке. И не ел слишком много этих нехороших украинских фруктов.

– Держись Игорёша. – Облобызала Ксюша своего благоверного. По утрам купайся в реке. А когда почувствуешь, что больше не можешь. Коли дрова. Молись Господу. И СХОДИ В ГОСТИ К АКУЛИНЕ ПОРФИРЬЕВНЕ. Она не откажет в добром совете.

Тройка рванула с места. Арсеньев остался один.

– Игорёчек. Может, скушаешь чего? – Заунывно предлагали старухи тётки.

Из дома мышкой выглянула горничная Марфуша. И скрылась. Таню, задушевную подружку, Ксюша забрала с собой. Арсеньева переполняло чувство внутренней свободы. На скотном дворе мычал бык Анатолий Леонович. Впервые Арсеньев не боялся этого быка. Чувство человеческого достоинства проснулось в поруганной душе потомственного дворянина.

За эти две недели утрахаю девку до смерти. – Позволил он, наконец, себе подумать Пусть отъедут подальше. Сынок, отдохни от папочки. Ксюша прости и тоже отдохни. Затрахала ты меня, кобыла. Не дворянское это дело – моногамия.

Бабушка. Расскажи нам сказку. – О чём же, внученьки, сказку? Ну, слушайте. Жила была козочка. И было у неё трое козлятушек. Две козочки и один козлик….

Бабушка! Что ты, плачешь? О чём? Не надо плакать!

– А как же. Козёл то. Козёл то. Куда козёл-то запропал?! Бедные вы мои. Бедные!

Внучки утешали бабушку. Внучки быстро подрастали. И со свойственным молодости эгоизмом и думать забыли о каком-то козлёночке. Туманное прошлое казалось им сном. Здесь под Петербургом на мызе добродетельного финского поселянина, они нашли, наконец, пристанище в своих бесконечных скитаниях. Старушка вязала варежки и тем обеспечила бы скудное пропитание всей семье. А девочки, нет, уже юные девушки, уходили по утру на охоту за ценными пушными зверями. И возвращались с богатой добычей. И возрастало благосостояние скромного семейства. Скоро можно было уже подумать об излишествах. А они так нелишни в молодости. Молодость даётся юным козочкам только один раз. И прожить её, проплясать на балах, увлекать и самими увлечься! Нет. Дочери легкомысленного Игоря Викторовича любили жизнь. Но росли очень порядочными и нравственными девушками. Спасибо тебе бабушка, Степанида Гавриловна! Во. Вспомнил.

А как дело то было, какие приключения приключились с бедной няней Степанидой? Как на козочек то вышла? Не припомню. Пока не припомню. Размывается в тумане. Одна надежда, протрезвею – вспомню. Сейчас сбегаю, опохмелюсь. До скорого.

Глава 3. Новое поколение выбирает гувернантку

Царь ты наш, батюшка. Государь ты наш богоданный. Чёрта тебя опять в лес то на охоту несёт? Забыл что ль, еле-еле тогда из беды вытянули? Нет, самодержавие само шло к собственной гибели и до гибели самодержавия оставалось всего ничего, лет каких-нибудь 50—60. Оно ничего не поняло и ничему не научилось. Бог с ним, с самодержавием. Сашу автору жалко. Но до царской охоты ещё время оставалось. Можем пока на другую охоту полюбоваться.

За Лизой ухаживал князь Кабыздох-Охтинский. Он делал ей неприличные предложения и предлагал бриллианты. Возьми Лизка, возьми брюлики, шептали подружки из аристократических фамилий. А ЕМУ НЕ ДАВАЙ. Не давай Елизавета! Ишь чего выдумал. Нашего брата АРИСТОКРАТА бриллиантами не купишь. Пусть ещё изумруды купит, рубины, чтоб непременно александриты. Тогда ты скажешь. Я ПОДУМАЮ. И нам расскажешь, что он тебе ещё подарит.

Лиза, скромная и нравственная женщина, конечно, отвергла мерзкое предложение развратного князя. Но Неубей-Семишкурный не знал этого. ОБ ЭТОМ НЕ ПОЛАГАЛОСЬ ГОВОРИТЬ. Неубей-Семишкурный терзался муками ревности. Старый граф, но молодой и неопытный аристократ задумал отравить Лизу. Он недавно прочёл пьесу популярного русского поэта Лермонтова и решил, обо мне это писали. Я буду страшен в своей мести. Меня не поймают! Какая же это месть, если тебя поймают. Накормлю Лизку мороженым, она у меня любит мороженое. На балу жарко, душно, утанцуется, вспотеет. Захочет освежиться. ТУТ Я ЕЙ МОРОЖЕНОГО И ДАМ.